ГЛАВА 10. ВСЁ ЖЕЛТЕЕТ КРУГОМ И УХОДИТ ЛЕТО — НЕПРИЯТНОСТЬ ЭТУ МЫ ПЕРЕЖИВЁМ

Больница оказалась особняком где-то в глуши, да ещё и за забором. Уход был хорошим. В палате даже были телевизор и сносный компьютер.

Спустя сутки ему объявили, что у него рак крови. Сказали что ранняя стадия. Хорошо поддаётся лечению — при заботе, при покое, при послушании. Назначили химиотерапию. Сказали, что будет слабость и придётся много лежать. Лежать предполагалось в обнимку с мелкашкой на полу тира. Его учили смотреть и ждать, а главное — дышать. Разрешалось даже отключиться и поспать, но так, чтобы не нарушить никаких правил. Тренировка состояла в том, чтобы поразить цель, не причиняя ущерба помехам. Нужно было дожидаться по-настоящему удобного случая. Времени было много, и он учился ждать. Песня о том, что нужно выучиться ждать, что надо быть спокойным и упрямым, вертелась у него в голове. А ещё он вспоминал слова про мгновение, которое придёт — большое, как глоток воды во время летнего зноя. И подумалось, что не о разведке эта песня, а об ожидании снайпера. И угораздило же его с далеко не идеальным зрением, оказаться на такой тренировке!

Занятие по языку никто, оказывается, не отменял. И здесь ему не верилось, что Меркель не сможет отличить его от оригинала. Преподаватель же настаивал, что терпение и труд всё перетрут. Языки, говорит, со временем умолкнут — и останется только любовь, но это будет в самом конце.

Добавили чтение по политологии начиная от Аристотеля. Греки, в смысле политики, оказались удивительным материалом для исследования, потому что их города были независимы и многообразны в своём правлении. А ещё потому, что перетекание этих форм из одной в другую наблюдалось на протяжении тысяч лет.

Началось ещё и занятие по химии. Чем и как травят, а главное — что делать отравленному, чтобы спасти жизнь, и какая должна быть техника безопасности, чтобы не траванули. Мерзкая дисциплина эта вызывала особое отвращение во время химиотерапии.

По собственной инициативе стал читать из Библии ещё одно Евангелие. В этот раз — версию Апостола Матфея. Там было уже не о том, как вечная жизнь у Иоанна способна решать любые мыслимые проблемы, а о том, какими законами руководствуется эта жизнь. Царство небесное, согласно толкованиям, оказалось не местом, куда следовало перенестись хорошим душам после смерти, а сферой Божьего правления в человеческом обществе ещё в этой жизни, в земной.